Главная > Разное > «Адабу-з-зифаф» шейха аль-Албани. 39 – О запрете для женщин на ношение золотого кольца и других украшений из золота кольцевидной формы.

«Адабу-з-зифаф» шейха аль-Албани. 39 – О запрете для женщин на ношение золотого кольца и других украшений из золота кольцевидной формы.

14 сентября 2016



39 – О запрете для женщин на ношение золотого кольца и других украшений из золота кольцевидной формы.

 

 

Необходимо отметить, что женщинам, как и мужчинам, запрещено носить золотые кольца. Запрет также распространяется на браслеты и ожерелья из золота. Целый ряд хадисов в этой связи посвящен исключительно женщинам[1], к тому же в некоторых хадисах запрет может быть не адресован кому-то конкретно и, таким образом, касается как мужчин, так и женщин, ‑ к этой категории хадисов среди прочих относится хадис, приведенный в предыдущем разделе первым. Ниже мы приводим ряд достоверных хадисов, непосредственно касающихся предмета данного раздела.

Первый хадис: «Тот, кто пожелал, чтобы на любимого[2] было надето кольцо из адского пламени, пусть наденет ему кольцо[3] из золота. Тот, кто пожелал, чтобы на любимого было надето ожерелье из пламени, пусть наденет ему ожерелье из золота. Тот, кто пожелал, чтобы на любимого был надет браслет из пламени, пусть наденет ему ожерелье (вариант передачи: пусть наденет ему браслет) из золота. А вам следует носить серебро ‑ тешьтесь им, [тешьтесь им, тешьтесь им]»[4].

Второй хадис: Саубан, да будет доволен им Аллах, рассказывал:

«Как-то раз Бинт Хубайра явилась к Пророку, мир ему и благословение Аллаха, а на руке у нее были фатхи [из золота], [то есть большие перстни]. Пророк, мир ему и благословение Аллаха, принялся бить ее по руке [палкой, бывшей у него с собой, приговаривая при этом: Будешь ли ты так же довольна, если Аллах наденет тебе на руку перстни из пламени?!] Бинт Хубайра пошла к Фатыме жаловаться. Саубан продолжал: Пророк, мир ему и благословение Аллаха, вошел к Фатыме, а я был вместе с ним. И тут Фатыма сняла с шеи золотую цепочку и сказала, держа эту цепочку у себя в руке: Ее подарил мне Абу Хасан (то есть Али, да будет доволен им Аллаха, ‑ супруг Фатымы). Пророк, мир ему и благословение Аллаха, ответил на это: Эй, Фатыма! Неужто тебе нравится, когда люди говорят: у Фатымы, дочери Мухаммада, в руке цепочка из пламени?! [И начал ее сильно бранить [5]]. Затем он вышел, но никак не мог успокоиться. Фатыма взяла и продала эту цепочку, а на вырученные средства выкупила невольницу и отпустила ее на свободу. Пророк, мир ему и благословение Аллаха, узнав об этом, сказал так: Хвала Аллаху, который спас Фатыму от Адского пламени»[6].

Третий хадис: Аиша рассказывала, как однажды Пророк, мир ему и благословение Аллаха, увидел у нее на руке два искривленных обруча из золота. Он сказал: “Сними их с себя. Возьми обручи из серебра и покрась их шафраном в желтый цвет”[7].

Четвертый хадис: со слов Умм Салямы, супруги Пророка, да благословит его Аллах и да спасет:

“Однажды я надела себе на шею ячменные зернышки[8] из золота. Вошел Пророк, мир ему и благословение Аллаха, и тут же отвернулся от меня. Тогда я спросила: Ты так и не взглянешь на мое украшение? А он ответил: От него-то я как раз и отвернулся. [Умм Саляма далее рассказывала: Тогда я разорвала ожерелье, и он повернулся ко мне лицом]. Далее он рассказывал[9]: Полагают, что Пророк, мир ему и благословение Аллаха, сказал тогда так: Ни одна из вас не понесла бы ущерб, если бы взяла сережку[10] из серебра и обработала ее шафраном”[11].

В хадисе Асмы бинт Йазид то же установление сформулировано таким образом:

“…Возьмет себе две жемчужины из серебра, вложит их меж кончиками пальцев и нанесет на них немного шафрана – и вот серебро блестит, точно золото”[12].


[1] Ниже мы поясняем, какие именно вещи из золота женщинам разрешены (с. 234).

[2] Слово «любимый» может относиться как к мужчине, так и к женщине – точно так же, как иногда говорят «жертва», подразумевая как мужчину, так и женщину. Это явление – имена общего рода – хорошо изучено филологами. К тому же, в одном из вариантов хадиса со слов Абу Мусы ‑ если будет угодно Аллаху, мы вернемся к нему ниже – то же имя встречается в женском роде: «любимая».

[3] Имеется в виду обыкновенное кольцо – без драгоценного камня. – Ан-Нихайа.

Примечание автора: Кольцо можно носить и в ухе ‑ в этом случае оно служит в качестве серьги. Разумеется, запрет, изложенный в рассматриваемом хадисе, не может распространяться на серьги. Вместе с тем, известны хадисы, которые могут послужить основанием для аналогичного запрета на ношение серег, однако все они слабые. См. ниже с. 236.

[4] Этот хадис приводят Абу Давуд (2 / 199) и Ахмад (2 / 378). Хадис в форме марфу‘ приводится по следующему пути передачи: от Абд аль-Азиза ибн Мухаммада со слов Усаййида ибн Абу Усаййида аль-Баррада со слов Нафи‘ ибн Аббаса со слов Абу Хурайры.

Такой иснад следует признать хорошим. Всех передатчиков, упомянутых в иснаде, Муслим называет достоверными. Единственное исключение составляет Усаййид – однако его признает достоверным Ибн Хиббан. Известно, что со слов Усаййида передавали другие надежные передатчики. Кроме того, ат-Тирмизи в аль-Джана’из (1003) признал хадис в передаче Усаййида хорошим. Ряд авторов признавали хадисы со слов Усаййида достоверными, а аз-Захаби и аль-Хафиз высказывались в отношении него так:

«Он правдив».

Аш-Шаукани в Найль аль-аутар (2 / 70) признал иснад хадиса «бесспорным», у Ибн Хазма (10 / 83‑84) он назван «не подвергавшимся позднейшей обработке», аль-Мунзири в ат-Таргиб (1 / 273) утверждал: «У этого хадиса достоверный иснад».

Примечание автора: В передаче Ахмада (2 / 233) в иснаде к этому хадису за Усаййидом следует Зухайр ибн Мухаммад ат-Тамими. Вариант и дополнение к хадису приводятся по Ахмаду.

У Абу-ль-Хасана аль-Ихмими в Хадис (2 / 9 / 2) приводится еще одна передача этого хадиса ‑ в иснаде здесь за Усаййидом следует Ибн Абу Зи’б.

В аль-Муснад (4 / 414) этот хадис приводится также со слов Усаййида, но в передаче по другому пути. При этом делается оговорка такого содержания: Абу Муса или Абу Катада? – на этот счет есть сомнения. В той же передаче хадис приводит Ибн Адий (233 / 1), но передает его в сокращенном виде со слов Абу Катады, не высказывая в этой связи каких-либо сомнений. Хадис в этой же передаче приводит Абу Ну‘айм в Ахбар Исбахан (1 / 104‑105).

Позже ко мне в руки попала книга «Практические исследования на тему хадисов Пророка» (Дирасат татбикыййа фи-ль-хадис ан-набави), автором которой является один из ревностных сторонников ханафитской школы права. Он преподает хадисоведение в Дамасском университете. Автор книги демонстрирует в ней приверженность своему мазхабу и в ряде случаев совершает нападки на другие юридические школы. Свою задачу он видит в толковании разного рода текстов, приведенных здесь же в его исследовании, в духе ханафитского мазхаба. В этой работе автор оставляет без внимания целый ряд достоверных хадисов, поскольку по своему содержанию они не соответствуют линии его мазхаба, и, напротив, ничего не говорит о слабости других хадисов, так как по содержанию они совпадают с установками мазхаба ханафитов. Мы не будем анализировать все исследование, а рассмотрим лишь те его аспекты, которые имеют непосредственное отношение к предмету данного раздела, ‑ причем сделаем мы это в полном соответствии с требованиями хадисоведения и права. У нас возникли опасения, что некоторые студенты, не имеющие четкого представления о том, насколько далеко ушел автор книги от принципов научного подхода и объективности исследования, могут поверить его речам. Так, рассуждая на интересующую нас тему, автор открыто встал на сторону необразованного большинства. При этом он усомнился в правильности некоторых аргументов, приведенных в нашем исследовании – надеюсь, благословенном, если так будет угодно всевышнему Аллаху, ‑ так и не разобравшись в них, как следует. В конце своей работы он цитирует тот же хадис Абу Хурайры и заявляет:

«Рассматриваемый хадис вызывает подозрения, поскольку передается со слов Усаййида ибн Абу Усаййида аль-Баррада. Аль-Хафиз назвал его «правдивым», а хадис со слов «правдивого» передатчика не может считаться достоверным, так как в этом случае в отношении надежности передатчика у нас нет полной определенности».

На этот счет мы можем сказать следующее:

Во-первых: приведенная здесь цитата свидетельствует о низком уровне знаний автора – доктора хадисоведения – в этой науке вообще и в ее методологии в частности. Даже студенту, делающему первые шаги в хадисоведении, известно, что хадисы подразделяются на три категории: достоверные (сахих), хорошие (хасан) и слабые (да‘иф). И если в отношении передатчика говорят, что он «правдивый», и, следовательно, его хадис не может считаться достоверным, означает ли это автоматически, что данное сообщение следует признать слабым, подозрительным, как утверждает автор ‑ ведь между двумя этими категориями есть еще одна – хорошие хадисы?! Разумеется, нет. Но если кто-то настаивает на обратном, нам следует хорошенько разобраться, к какой категории относится хадис, передатчик которого назван «правдивым». Иначе мы многим рискуем – мы можем поступить с хадисом Пророка, да благословит его Аллах и да спасет, против всяких правил и вопреки реальному положению дел признать его слабым, тогда как на самом деле он достоверен! Внести ясность в этот вопрос мы сможем, обратившись к работам ученых, которые являются непререкаемыми авторитетами в нашей благородной области знаний. Ниже я привожу цитаты из сочинений двух выдающихся имамов – знатока и критика хадисов Шамс ад-Дина аз-Захаби и знатока хадисов аль-Хафиза Абу-ль-Фадля ибн Хаджара аль-Аскалани.

Первый во введении к своему сочинению Мизан аль-и‘тидаль фи накд ар-риджаль утверждает следующее:

«В отношении передатчиков, которые считаются приемлемыми, существуют такие категории определений:

а) «неопровержимый-довод», «неопровержимый-хранитель», «абсолютно достоверный», «надежный из надежных»;

б) «достоверный»;

в) «правдивый», «приемлемый» или «неплохой», «вызывающий доверие», «хороший передатчик», «пригодный передатчик», «средний шайх», «шайх-хороший передатчик», «правдивый – если будет угодно Аллаху», «условно пригодный» и другие».

Второй автор в своем сочинении Такриб ат-тахзиб, из которого уважаемый доктор и приводит оценку Усаййида как передатчика «правдивого», о категориях передатчиков говорит следующее:

«Третья категория: это те передатчики, по отношению к которым применяются определения: «достоверный», «мастер» или «неопровержимый».

Четвертая категория: к ней относятся все те передатчики, которым не хватает совсем немного для того, чтобы войти в третью категорию, ‑ такого называют «правдивым», «приемлемым» или «неплохим»».

Как видим, аз-Захаби относит «правдивого» передатчика к той же категории, что и «хорошего передатчика» или «шайха-хорошего передатчика».

Ибн Хаджар не противоречит аз-Захаби ‑ ведь если хадисы передатчиков третьей категории несомненно достоверны, то хадисы передатчиков четвертой категории должны считаться по меньшей мере хорошими. Как раз это и утверждал редактор издания аль-Ба‘ис аль-хасис (с. 118) Ахмад Шакир. К сожалению, рамки нашего исследования не позволяют привести слова Ахмада Шакира полностью, поэтому ограничимся лишь ссылкой на него.

Остается только догадываться, почему уважаемый доктор, прекрасно зная эту непреложную истину, скрыл ее от своих студентов. Не для того ли, чтобы убедить их в слабости хадиса, который по своему содержанию является мощным контраргументом и опровергает его ложные построения? Или все то время, которое он проучился, чтобы получить заветный диплом доктора, минуло впустую, и он так и не овладел азами науки. Хотя, в конечном счете, абсолютно не важно: знаком он с ними или нет!

Во-вторых: доктор заявляет, что иснад этого хадиса слабый. Но слабый хадис – это еще не приговор. Как и любой другой хадис, слабое сообщение может иметь альтернативные пути передачи, может получить подтверждение в виде шахеда – все это подробно изложено в Мусталах аль-хадис. И доктор конечно же знает об этом. Приводя хадис Абу Мусы ‑ это хадис, в котором есть слова: “…разрешено для женщин”, ‑ доктор дает понять, что все-таки владеет этой методикой. Ведь смог же он отыскать этот шахед для хадиса со слов Саубана – мы приведем его ниже в основном тексте работы. Как будет видно далее, по мнению большинства ученых иснад этого хадиса надежен, а сам хадис абсолютно недвусмысленно формулирует запрет на ношение цепочек из золота. Но что по этому поводу думает наш доктор? Он полностью проигнорировал этот хадис, так и не удосужившись процитировать его в своем исследовании. Более того, он даже не обмолвился и словом о том, что такой хадис вообще существует. Вместо этого, он привел хадис Риб‘и ибн Хираша, который, на мой взгляд, является слабым – речь об этом пойдет на сс. 258‑259. А хадис Асмы бинт Йазид, который я привожу в качестве шахеда (с. 237), он посчитал слабым, сославшись на то, что один из его передатчиков неизвестен. Но все это ‑ еще полбеды. Далее наш доктор утверждает следующее:

«Любой хадис, по поводу которого среди ученых возникает полемика, не может считаться вне подозрений и, следовательно, не может использоваться как доказательство в подтверждение чьего-либо мнения».

Как это понимать? Возможны лишь два варианта ответа на это вопрос. Либо наш доктор не знает о существовании хадиса Саубана ‑ но я далек от такой мысли. Либо он знает о нем, но полагает, что этот хадис следует отнести к той группе хадисов, о которой шла речь в его цитате. Но, в таком случае, что думает наш доктор по поводу суждений аль-Хакима, аль-Мунзири, аз-Захаби, аль-Ираки, признавших этот хадис достоверным? Неужели он настолько уверен в ошибочности мнения этих ученых, что отважился посчитать слабым хадис, который все они единодушно признали достоверным? Не думаю, что наш доктор хадисоведения имеет право на этакую дерзость, ‑ так может поступить лишь тот, кто признан непререкаемым авторитетом в этой области знаний. Неужели наш доктор признал хадис слабым лишь потому, что его содержание вступало в противоречие с установлениями мазхаба ханафитов и его собственной точкой зрения?! Если это правда, то нам следует ему напомнить: в науке так не поступают. Ну, а если он признал хадис слабым, руководствуясь при этом некими методологическими подходами, характерными для нашей отрасли знания, то тогда почему не пояснил, в чем именно видит слабость хадиса, достоверность которого подтверждена авторитетными учеными?! Вместо этого он растекается мысью по древу для того, чтобы доказать слабость двух других хадисов, что и так очевидно без доказательств.

Разве доктору, да еще и Дамасского университета, к тому же – юридического факультета не совестно быть автором такого низкопробного исследования?! Все жалобы обращаю к Аллаху, у Него одного прошу поддержки!

Но вернемся к полемике по поводу содержания рассматриваемого хадиса.

Кто-то может сказать: этот хадис адресован лицам мужского пола и не касается женщин. Но мы убеждены в обратном, и вот почему:

Во-первых: в арабском языке имя, образованное по той же форме, что и имя «любимый» (хабиб) в хадисе, может быть использовано применительно как к мужчине, так и к женщине – это отметил Ибн Хазм в аль-Мухалла (10 / 84). Правда сам Ибн Хазм полагал, что рассматриваемый хадис имеет отношение исключительно к мужчинам, и при этом ссылался на другой хадис, разрешающий женщинам носить изделия из золота. Ниже мы приведем два других аргумента, которые опровергают мнение Ибн Хазма. К тому же, на наш взгляд, разрешающий хадис, на который ссылался Ибн Хазм, формулирует норму в общем, и два других хадиса, которые приводятся далее в основном тексте нашей работы, являются по отношении к нему хадисами специальными и, следовательно, имеют преимущество перед ним. Если бы Ибн Хазм, как я, признал эти два хадиса достоверными, между ним и мною не было бы никаких противоречий. Ниже мы подробней остановимся на том, почему оценка Ибн Хазмом этих двух хадисов кажется нам ошибочной.

Во-вторых: в хадисе упоминаются золотые браслеты и ожерелья. Известно, что все эти предметы являются женскими украшениями, а не мужскими, – по крайней мере, в те времена. Таким образом, исходя из содержания хадиса, можно прийти к выводу о том, что текстуально в нем подразумеваются как раз женщины, а не мужчины. И уж подавно этот запрет распространяется на мужчин.

В-третьих: в хадисе говорится, что если упомянутые в нем изделия изготовлены из серебра, а не из золота, то они считаются дозволенными. Если бы в тексте хадиса подразумевались мужчины, такой тезис был бы мало вероятен. Он не приемлем для тех, кто полагает, что золотые изделия дозволены исключительно женщинам, ‑ поскольку серебро, по их мнению, считается запретным для мужчин точно так же, как золото. Таким образом, рассуждая от противного, мы пришли к тому же выводу ‑ в хадисе имеются в виду женщины, и это очевидно.

Существует мнение, что данный хадис является отмененным, ‑ подробно на этом мы остановимся ниже, если Аллаху будет угодно.

[5] Принялся осыпать ее упреками, обошелся с ней круто. – Лисан.

[6] Этот хадис приводят ан-Наса’и (2 / 284, 284‑285), ат-Тайалиси (1 / 354), по тому же пути передачи ‑ аль-Хаким (3 / 152‑153), ат-Табарани в аль-Кябир (номер 1448), Ибн Рахавайх в Муснад (4 / 237 / 1‑2), а также Ахмад (5 / 278). Иснад хадиса признан надежным и хронологически последовательным. Ибн Хазм также признал иснад хадиса достоверным (10 / 84). Аль-Хаким сказал о нем так:

“Цепочка рассказчиков хадиса соответствует требованиям имамов аль-Бухари и Муслим.”. С ним был согласен аз-Захаби.

Знаток хадисов аль-Мунзири (1 / 273) говорил так:

“Ан-Наса’и передает этот хадис с достоверным иснадом”.

Аль-Ираки (4 / 205) при этом заметил:

“…с хорошим иснадом”.

Первое дополнение встречается у всех перечисленных авторов, за исключением ан-Наса’и. Второе дополнение дают ан-Наса’и, ат-Тайалиси и некоторые другие авторы. Прочие дополнения встречаются у Ахмада, аль-Харби – в аль-Гариб (5 / 184 / 2) они приводятся им в сокращенном виде, а также ат-Табарани – от третьего лица.

Этот же хадис передается по другому пути – со слов Абу Асмы ар-Рахби со слов Саубана.

По такому пути передачи это сообщение приводится у ар-Руйани в аль-Муснад (14 / 126 / 1), однако в этом варианте хадиса слова: “Будешь ли ты так же довольна…” – отсутствуют. Иснад хадиса в такой передаче также признан достоверным.

Необходимо отметить, что Ибн Хазм (10 / 84) приводит рассматриваемый хадис лишь в одном варианте – в передаче ан-Наса’и, в которой, как уже отмечалось, дополнение “[из золота]” отсутствует. К тому же в этой передаче хадиса нет слов Пророка, да благословит его Аллах и да спасет, адресованных Бинт Хубайре: “Будешь ли ты так же довольна, если Аллах наденет тебе на руку перстни из пламени?!” В результате Ибн Хазм приходит к следующему заключению:

“Что касается сообщения о том, как Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и да спасет, стал бить Бинт Хубайру по рукам, то в самом хадисе нет указаний на то, что он, да благословит его Аллах и да спасет, сделал это из-за перстней. К тому же в хадисе не говорится, что эти перстни были из золота”.

Примечание автора: Этот вывод совершенно ошибочен. Ведь если учесть тот факт, что хадис располагает обоими указанными дополнениями, следовало бы признать: текст сообщения не оставляет никаких сомнений в том, что Бинт Хубайра получила удары палкой как раз из-за своих перстней на руках. Об этом же свидетельствуют слова угрозы, последовавшей от Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и да спасет, в адрес Бинт Хубайры сразу же после нанесенных ударов: “Будешь ли ты так же довольна, если Аллах наденет тебе на руку перстни из пламени?!”

Я убежден: если бы Ибн Хазму, да будет милостив к нему Аллах, было известно о существовании этих дополнений, он, нисколько не сомневаясь, признал бы тот факт, что женщинам все же запрещено носить перстни из золота, и исключил бы этот вид украшений из числа золотых изделий, которые, согласно другому хадису, считаются дозволенными. В отличие от хадиса, разрешающего женщинам ношение золота, наш хадис формулирует норму более точно, а хадис специальный, конкретизирующий норму, как известно, имеет преимущество перед хадисом, устанавливающим норму в общем, – так полагал сам Ибн Хазм ‑ и был в этом абсолютно прав.

Вопрос, рассматриваемый в данном разделе, еще раз показывает, насколько важен метод, используемый нами при разборе хадисов, – когда дополнения к сообщению после анализа на предмет достоверности собираются воедино из всех доступных нам вариантов передачи, а затем вплетаются в текст хадиса, взятого за основу. Насколько мне известно, такой метод сегодня применяю лишь я один. Хвала Аллаху, который повел меня по верному пути. Если бы не Его водительство, не ступать мне по этой стезе.

[7] Этот хадис с достоверным иснадом приводят аль-Касим ас-Саркасти в Гариб аль-хадис (2 / 76 / 2), ан-Наса’и (2 / 285) и аль-Хатыб (8 / 459), а также аль-Баззар (3007) и др. Ат-Табарани (23 282 641) передает этот хадис с другим иснадом.

Под обручами в тексте хадиса следует понимать небольшие браслеты ‑ “искривленные”, то есть витые.

[8] Под зернышками в хадисе подразумевается вид украшений, внешне напоминающий зерно ячменя.

[9] Таким образом в тексте хадиса отмечено, что ниже идут слова передатчика – Ата’ ибн Абу Рабаха, рассказывавшего это сообщение со слов Умм Салямы. Следовательно, далее сообщение получает форму мурсаль, поскольку эту часть текста Ибн Абу Рабах передает помимо Умм Салямы.

Иснад хадиса «сгладил» Ляйс ибн Абу Салим ‑ он передает это сообщение со слов Ата’ со слов Умм Салямы и т. д. В таком виде хадис приводят Ахмад (6 / 322) и ат-Табарани в аль-Кябир (23 / 281). Однако сам Ляйс признан слабым с точки зрения точности передачи хадисов, а Ата’ не мог слышать сообщение непосредственно со слов Умм Салямы. Следовательно большую часть текста следует признать слабой.

Вместе с тем часть хадиса – та, что передается в форме мурсаль, ‑ имеет достоверный иснад. К тому же, насколько мне известно, этот же текст передавался в форме маусуль, и имеет два шахеда в форме маусуль в передаче от Асмы и Абу Хурайры ‑ их мы приводим ниже.

[10] Сережка, о которой идет речь, имеет форму небольшого кольца – его вдевают в ухо и носят как украшение. – Нихайа.

[11] То есть: …покрасила бы ее шафраном в желтый цвет.

Ахмад (6 / 315) приводит этот хадис, полагая, что его иснад надежен соответствует требованиям аль-Бухари и Муслима, – однако при этом необходимо учитывать то нарушение в иснаде, о котором мы говорили выше. Хадис также приводит аль-Харби в Гариб аль-хадис (5 / 30 / 1‑2) – он ограничивается лишь началом сообщения. Аль-Хайсами (5 / 148) утверждал следующее:

«Этот хадис приводят Ахмад и ат-Табарани – изложение последнего лучше. Все передатчики Ахмада надежны».

Примечание автора: Дополнение в квадратных скобках дается по ат-Табарани (23 / 404 / 968).

Ат-Табарани в Кябир (23 / 403 / 967) приводит этот хадис и в форме маусуль с иснадом от Абу Хамзы со слов Салиха со слов Умм Салямы, доводя текст сообщения до слов: «Он отвернулся от меня и я сняла украшение».

Однако этот иснад следует признать слабым – известно, что Абу Хамза по имени Маймун является слабым передатчиком.

В Мусаннаф Абд ар-Раззак (11 / 71) у этого хадиса имеется достоверный шахед в форме мурсаль со слов аз-Зухри.

Итак, в этом и ряде других хадисов, приведенных выше, совершенно недвусмысленно указывается на то, что уже говорилось не раз, ‑ браслеты, ожерелья и кольца из золота запретны для женщин. Запрет для женщин на ношение перечисленных украшений из золота абсолютно равноценен аналогичному запрету для мужчин. Вместе с тем, женщинам разрешены изделия из золота, которые не имеют формы кольца, то есть «разрублены» (мукатта’), – пуговицы, гребни для волос и другие подобные украшения. Вероятно, именно это имелось в виду в хадисе, который приводится у ан-Наса’и (2 / 585) и Ахмада (4 / 92, 95 и 99):

«Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и да спасет, запретил надевать золотое, за исключением разрубленного». Иснад этого хадиса надежен. Установление, изложенное в хадисе, адресовано исключительно женщинам, хотя Ибн аль-Асир высказывает в этой связи собственное суждение, из которого видно, что сам он считает этот хадис адресованным как женщинам, так и мужчинам, а раз так, то всем им, включая мужчин, разрешено носить только «разрубленное» золото. Далее Ибн аль-Асир утверждает следующее:

«В данном случае под «разрубленным» подразумевается что-то совсем небольшое по размерам, как колечко, сережка для уха и тому подобное, так как все большое и многочисленное – все то, что носят обычно люди, предающиеся излишествам, люди горделивые и надменные ‑ неприемлемо. Небольшое здесь – это все то, что не обязывает к закяту».

В связи с утверждением Ибн аль-Асира у меня имеется два замечания.

Во-первых: то факт, что Ибн аль-Асир причислил к «разрубленным» изделиям кольцо, противоречит самому значению этого слова – ведь все то, что «разрублено» или «изрезано» не может быть одновременно «связным» и «соединенным», как кольцо. Более того, это утверждение вступает в противоречие с содержанием хадисов, приведенных выше, ‑ в них установлен запрет на ношение золотых колец даже женщинами, не говоря уже о мужчинах.

Имам Ахмад объясняет слово «разрубленный» аналогично – как «нечто малое», однако в качестве примера для этого «малого» он не приводит кольцо или другой подобный предмет. Когда сын Ахмада, Абдаллах, обратился к отцу с вопросом: А как на счет перстня? Ахмад ответил ему так: Со слов Пророка, да благословит его Аллах и да спасет, сообщают, что он запрещал носить перстни из золота. См.: Маса’иль Абдаллаха ибн Ахмада (с. 398). Великий ученый Абу-ль-Хасан ас-Синди, да смилуется над ним Аллах, как-будто предвидя, заранее предостерегал нас от возможных заблуждений на этот счет:

«Слова: «…за исключением разрубленного», ‑ значат: «…за исключением изломанного, порезанного». Имеется в виду что-то совсем небольшое ‑ по размеру подобное зубу или кончику носа. Аллах лучше знает».

Такое объяснение слова «разрубленный» более других соответствует смыслу хадиса, если мы допустим, что сообщение адресовано как женщинам, так и мужчинам, а установление ограничиваться в ношении золота лишь малым помимо женщин касается также и мужчин.

Во-вторых: мнение Ибн аль-Асира, что под «небольшим» подразумевается все то малое и незначительное, что не обязывает к закяту, не имеет под собой никаких оснований и, следовательно, не требует контраргументов. Прекрасно известно, что мужчины должны избегать изделий из золота любого вида – как больших по размерам, так и совсем крохотных. Исключение составляют лишь те случаи, когда использование золота продиктовано крайней необходимостью, – хадисы на этот счет касаются как мужчин, так и женщин. Аллах лучше знает.

[12] Этот хадис приводят Ахмад (6 / 454), Абу Ну‘айм в аль-Хильйа (2 / 76) и Ибн Асакир в Тарих Димашк (19 / 198 / 1). В иснаде к сообщению фигурирует имя Шахра ибн Хаушаба, а он, как утверждается в Маджма‘ аль-Хайсами (5 / 149), был слабым передатчиком, записывающим свои хадисы. Это сообщение представляет собой хороший шахед для хадиса, приведенного выше в основном тексте работы. Аль-Мунзири (1 / 273) говорил: “Иснад этого хадиса хороший”.

Под жемчужиной в данном случае следует подразумевать шарик из серебра, изготовленный в форме жемчужины.

Шахедом того же хадиса является другое сообщение ‑ со слов Абу Хурайры. Он рассказывал, как некая женщина спросила Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и да спасет: «А как быть с браслетами из золота?» Он ответил ей: «Это браслеты из пламени». Тогда она спросила: «А что с ожерельем из золота?» Он ответил: «Это ожерелье из пламени». Она спросила вновь: «А как же серьги из золота?» ‑ он ответил: «Серьги из пламени». И далее: «В тот момент на женщине было два браслета из золота. Она тотчас сбросила их, а затем продолжила: О Посланник Аллаха! Истинно, женщина, которая не украсилась для своего супруга…» ‑ и далее по тексту рассматриваемого сообщения.

Это сообщение со слов Абу Хурайры передают ан-Наса’и (2 / 285) и Ахмад (2 / 440). В иснаде к нему фигурирует имя Абу Зайда, а об этом передатчике, как сказано в ат-Такриб, ничего неизвестно. Данное сообщение является единственным со слов Абу Хурайры, где упоминаются серьги, и принадлежит к категории мункяр (то есть «отрицаемый». Так называют сообщение, в иснаде к которому присутствует имя передатчика, допускавшего грубые ошибки, прявлявшего небрежность и нечестие, либо сообщение, опровергнутое достоверным хадисом. – Прим. переводчика). Если сообщение со слов Абу Хурайры признать достоверным, следовало бы признать и тот факт, что на ношение серег из золота также наложен запрет.

Необходимо заметить, что разные передачи одного и того же высказывания Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и да спасет: «Ни одна из вас не понесла бы ущерб, если бы взяла сережку из серебра и обработала ее шафраном”, ‑ все вместе указывают если не на запрет носить золотые серьги то, по крайней мере, побуждают женщину заменить золото на серебро. Запрет на ношение серег из золота абсолютно точно сформулирован в хадисе от Асмы бинт Йазид:

“Всякая женщина, украсившая себя ожерельем из золота, получит от Аллаха такое же из пламени. Всякая женщина, вдевшая себе в ухо серьгу из золота, получит от Аллаха, велик Он и славен, такую же серьгу из пламени в день Воскрешения”.

Этот хадис со слов Асмы бинт Йазид черед Мухмуда ибн Амра приводят Абу Давуд (2 / 199), ан-Наса’и (2 / 284), аль-Байхаки (4 / 141), а также Ибн Рахавайх в Муснад (4 / 262 / 1).

Однако, как отмечает аз-Захаби, имя Мухмуда ибн Амра никому не известено.

И все же, если у этого сообщения найдется достойный шахед, его можно будет использовать в качестве полноценного аргумента. Кроме того, знаток хадисов аль-Мунзири в ат-Таргиб (1 / 273), к примеру, утверждает, что у данного хадиса хороший иснад.